Трансцендентальная философия Канта



Иммануил Кант — родоначальник классической немецкой философии. Особенно велики его заслуги в области гносеологии. Кант совершает своеобразный переворот, впервые рассматривая научное познание как деятельность, протекающую по своим собственным законам. До Канта теоретиков познания больше интересовал объект познания. Если они обращали свой взор на познающего субъекта, то их интерес не шёл дальше анализа, предрассудков, мешающих познанию (Бэкон), или исследования методов познания (Декарт).

Предшественники Канта рассматривали всё субъективное, идущее от человека, привносимое им, как помеху познанию, как то, что искажает и затемняет действительное положение вещей. Кант же ставит вопрос иначе. Какие свойства ума вообще делают возможным познание? Существуют ли границы познавательных возможностей? Как получается, что наши мысленные конструкции об устройстве вещей согласуются с этими вещами, пусть и не во всех деталях?

Размышляя над этим, философ выделяет в познающем субъекте два уровня: эмпирический (опытный) и трансцендентальный (букв. — "выходящий за пределы"; в данном случае — за пределы опыта). К первому он относит индивидуальные психологические и физиологические особенности человека; ко второму — такие надындивидуальные формы мышления, которые изначально присущи человеку как таковому; которые наполняются конкретным содержанием благодаря опыту. Эти трансцендентальные формы подобны идеям архитектора, которые, соединяясь со строительным материалом (данные опыта), рождают здание (единство эмпирического и сверхэмпирического знания).

Синтетические-априорные суждения

Этот аналог идей в голове архитектора Кант называет —"синтетические априорные суждения" (синтетические — появляющиеся  в результате синтеза, соединения; априорные — доопытные). Он спрашивает, как они возможны. Рассмотрим примеры суждений, чтобы было понятнее. Например, суждение: "Этот лебедь белый", является апостериорным (апостериорное знание — знание из опыта, в результате опыта). Когда, обобщая, люди говорят: "Все лебеди белые"; то мы имеем синтетическое апостериорное суждение, которое не является всеобщим, несмотря на словечко "все", так как содержит вероятное знание и в любой момент может быть опровергнуто.

Однако когда мы говорим: "Всякое явление имеет причину"; "Если нечто существует, то оно имеет содержание и форму"; "Всякая вещь имеет протяжённость и длительность существования" и т.п., то ситуация меняется. Такие высказывания, согласно Канту, и есть синтетические априорные суждения. Можно представить себе чёрного лебедя, но невозможно помыслить явление, чтобы оно не имело причины. Эта всеобщность, эта безусловность — свойство самого мышления, считает философ. Он полагает, что такие суждения не могут быть объяснены из опыта, возможности которого всегда ограниченны, но изначально присущи мышлению как априорные формы возможного знания. К ним Кант относит созерцание "чистого пространства" и "чистого времени", а также те понятия, которые принято называть философскими категориями (необходимость и случайность, содержание и форма, причина и следствие и т.д.). Априорные синтетические суждения — это не только область философии, но и предмет математики, так как математические абстракции не черпаются непосредственно из опыта.

Рассудок и разум

Рассудок, по Канту, — это наша способность оперировать понятиями, наполняя эти формы данными чувственного опыта. Таким образом, рассудок сам конструирует предмет исследования в соответствии с априорными формами — категориями. Следовательно, научное знание объективно по своему источнику; в то же время, это же научное знание субъективно по форме и априорно по своей движущей силе. Разум — руководитель рассудка, интуитивный по своей природе целеполагатель. Рассудок без разума никогда не смог бы выйти за пределы индивидуального опыта субъекта; именно разум обеспечивает безусловность и общезначимость научных (математических и философских) истин.

Антиномии разума

Рассудок, считает Кант, не свободен в своей деятельности. Свобода — прерогатива разума. Рассудок ограничен данными опыта и целевыми установками разума. Последний же может  позволить себе всё, что угодно. Чтобы подтвердить это, Кант предпринимает следующий шаг. С равной степенью логической убедительности он доказывает справедливость противоположных высказываний: "Мир конечен в пространстве — мир бесконечен в пространстве"; "Мир имеет начало во времени — мир безначален во времени"; "Мир создан Богом — мир существует сам по себе, не будучи созданным". Эти и подобные им высказывания получили название "антиномии разума" (антиномии — противоречия),

Обнаружив антиномии, Кант, который в молодости был воинствующим атеистом, склоняется к религиозной вере: "Я ограничил знание, чтобы освободить место для веры". Сам факт обнаружения антиномий, считает философ, показывает, что возможности науки не безграничны; не следует строить, иллюзии, что ей всё по силам.

Агностицизм Канта

Вообразим себе на минуту мысленный диалог Канта с самим собой, в котором бы он попробовал популярно выразить свои взгляды. Допустим, что философ выбрал вопросно-ответную форму.

Вопрос первый. — Что движет человеческим познанием, — спросил бы Кант; — что толкает человека к необходимости познавать?

Ответ Канта. — Любопытство и удивление перед гармонией мира.

Вопрос второй. — Могут ли органы чувств обманывать нас?

Ответ Канта.—Да, могут.

Вопрос третий. — Способен ли наш разум ошибаться?

Ответ Канта.—Да, способен.

Вопрос четвёртый. — Что есть у нас, кроме чувств и разума, для познания истины?

Ответ Канта. — Ничего.

Вывод Канта. — Следовательно, у нас не может быть уверенности, гарантии, что мы в состоянии познавать сущность вещей.

Эта позиция получила название "агностицизм". ("а" — не; "гносис" — знание). Вещи, которые только кажутся "вещами для нас", на самом деле являются "вещами в себе", считает философ.

Роль практики

Рассматривая процесс научного познания как специфический вид деятельности человека, Кант вплотную подошёл к понятию практики. Однако последнего шага так и не сделал. Практика — это орудийно-предметная деятельность, направленная на удовлетворение тех или иных потребностей человеческого общества. Кант же ограничился лишь разумно-логической стороной деятельности, не видя связи логики познания с экспериментом и промышленным производством. Не со всеми его ответами на приведенные выше вопросы можно согласиться.

Так, анализ первого же ответа показывает, что хотя любопытство учёного — мощный двигатель познания, но не решающий. Например, и геометрия возникла именно в Древнем Египте не из "чистого созерцания пространства", как считает Кант, а из вполне земной практической потребности. В этой стране разливы Нила весной и осенью, принося на поля отличное удобрение — речной ил, одновременно смывали и заносили илом границы между земельными участками (межи). Восстановление этих границ при отсутствии знаний было довольно сложным делом, что не раз приводило к острым конфликтам между владельцами земли. Именно это практическое обстоятельство вызвало в конце концов особый интерес к способам измерения площадей разной конфигурации; само название "геометрия" указывает на её происхождение ("гео" — земля; "метр" — меряю).

Точно так арифметика появилась не из "чистого созерцания временного ряда", а из практической потребности в счёте, возникающей при развитии торговли; десятичная система исчисления прямо указывает на первый "калькулятор" — две человеческих руки. Термодинамика возникла в результате сильного желания владельцев первых паровых машин повысить их отдачу (КПД). Подобные примеры можно множить и множить.

Трудно согласиться и с четвёртым ответом Канта. Кроме чувств и разума у познающего субъекта (Кант считал субъектом отдельного человека, тогда как субъектом познания может быть и сообщество учёных) есть ещё такое мощное средство, как практическая проверка теоретического знания. Таким образом, практика выступает не только как основная движущая сила познания, но и как главный критерий истины. Она же, со временем, показывает ограниченность, относительность наших знаний.

Категорический императив

Кантовский агностицизм в целом не выдерживает критики, но в нём есть и рациональное содержание. Говоря о "вещах в себе", философ предостерегает от чрезмерного преклонения перед возможностями науки. Он как бы говорит учёным: "Будьте осторожны ! Наука не всё может; исследования могут приводить к ошибочным результатам". Кант предупреждает от иллюзии в всесилии науки. Особенно, добавим, когда речь идёт о социальных науках, где возможности эксперимента сильно ограничены, а "проверка практикой" иногда лишь констатирует сломанные судьбы десятков миллионов людей, слишком доверившихся "единственно научным теориям".

Нравственные принципы Кант ставит выше научных истин "Две вещи в мире не перестают удивлять и восхищать меня, — говорит философ, — это звёздное небо надо мной, и моральный закон во мне".  Его притягивают своей таинственностью глубины космоса и загадочность человеческой души, тайна совести. Если приходится выбирать между научными истинами и принципами совести, то предпочтение, считает Кант, нужно отдать совести, какими бы привлекательными и заманчивыми научные истины не были. Иными словами, если наука "диктует" совершить нечто (скажем - революцию, гражданскую войну), и это нечто требует переступить через совесть, то от него надо отказаться. Высший нравственный принцип Канта, получивший название "категорический императив", звучит так: "Поступай так, чтобы максима твоей воли могла стать основой всеобщего законодательства". Что означает — живи так, чтобы с твоей жизни могли быть списаны законы жизни для всех людей. Можно выразить мысль ещё проще — поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой. Кант призывает каждого из нас не превращать другого человека в средство для достижения своих партикулярных (частных) целей. Всё, что есть в мире, говорит Кант, може быть использовано как средство; всё, кроме человека, который сам по себе есть цель.


Дата добавления: 2019-02-22; просмотров: 386; Мы поможем в написании вашей работы!

Поделиться с друзьями:






Мы поможем в написании ваших работ!